Чаша огня А Л Ь Ф А - О М Е Г А Чаша огня
ГЛАВНАЯ | ЗАСАДНЫЙ ПОЛК АРАКСОВ | Регистрация | Вход
Приветствую Вас Гость | RSS
ГЕОРГИЙ СИДОРОВ
Вход на сайт
Поиск

Статистика

Онлайн всего: 11
Гостей: 10
Пользователей: 1
alpha-omega

УГЛАНОВ ВИТАЛИЙ ЮРЬЕВИЧ

CURRENT MOON

Alpha-Omega.su - сайт на расширение сознания
ПОЛУЧИТЕ И УСТАНОВИТЕ КОД ЭТОГО ИНФОРМЕРА →

АРАКСЫ ЗАСАДНОГО ПОЛКА НА КУЛИКОВОМ ПОЛЕ И СЕГОДНЯ

ГЕНЕРАЛ О ЗАСАДНОМ ПОЛКЕ АРАКСОВ
     По древнему ещё уставу Сергиева воинства ему запрещалось напрямую вступать в единоборство с властью, с княжескими людьми, проще говоря, с миром, ибо всякий аракс — инок, монах, призванный и давший обет защищать этот мир независимо от того, нравится он тебе или нет, справедлив ли, разумен ли с твоей точки зрения или вовсе неприемлем. Ражный понимал, отчего преподобный заложил такой принцип в существование Засадного полка: мир на то и мир, что сохраняет за собой право заблуждаться, жить в потёмках, порой бесцельно, дурно, беспутно, то и дело меняя вкусы и пристрастия. Воинское иночество лишено этого напрочь. Засадный полк на то и засадный, что вынужден сидеть и ждать решающей минуты, никак не обнаруживая себя, не обращая внимания на то, что происходит в это время на поле брани.
     Иногда ждать, скрипя зубами.
...
      — Что тебе нужно на моей базе?
      — На базе теперь ничего. Нужен ты. Твоё личное доверие. Доверительный контакт.
      — А высшим эшелонам?
      — Полная информация о вашем… воинском подразделении. Для чего и организована вся эта операция. Реформаторам неуютно держать у себя за спиной неуправляемую бесконтрольную силу. Они боятся всего, что им непонятно, неподвластно и не поддаётся реформации.
      Он выдавал гостайны, пытался заполучить расположение собеседника.
      — У тебя другие цели? — спросил Вячеслав.
      — Прямо противоположные, — генерал отдёрнул ноги от разгоревшегося костра. — Найти контакт с вашим… воинством, рыцарским орденом. Кстати, у него есть имя? Вы же как-то называете между собой?
      — Никак…
      — Такого быть не может!
      — Может.
      Савватеев остался недоволен ответом, чуял недоверие собеседника, однако и это пропустил.

     — Мы окрестили орден Коренной Россией. Нет, это не кодовое название операции. Так обозначено явление, с которым спецслужбы столкнулись вскоре после революции… В силовых структурах есть люди, которым небезразлична судьба Отечества. И национальных ценностей…Таких людей много. И, к сожалению, некоторые теряют надежду…
Ражный пожал плечами.
      — Что-то не пойму, о чём ты говоришь…
      — Вячеслав Сергеевич, я собрал достаточно информации о воинстве. Нет никакого смысла тупо отрицать явное. У меня есть предложение…
      — Ладно, установите контакт, что дальше? Савватеев не любил, когда его перебивают, однако стерпел.
      — При полном и взаимном доверии мы сможем переломить ситуацию. В пользу интересов России. И князей нынешних привести в чувство. Ражный посмотрел на его скорченную фигуру и только сейчас заметил, что генерала знобит не от волнения, скорее всего, от простуды.
      — Я тебя первый раз вижу. О каком доверии речь?
      — Придётся его устанавливать, — заявил он. — В том числе с руководством…Коренной России. Для чего я и здесь. Если сейчас ты говоришь «да», мы расходимся. И встретимся уже на другом уровне. Чтобы обсудить конкретные совместные действия. Я сниму своих людей, оставлю в покое не только твою базу, но и Вещерский лес. Где, по выводам аналитиков, находится центр воинства, генштаб. Понимаешь, о чём говорю? В отчёте укажу причину свёртывания операции — отсутствие какой-бы то ни было реальной основы существования боевого ордена. Успокою реформаторов, мол, всё это миф, местный фольклор…
     — Это и в самом деле миф, — подтвердил Ражный. — Ну кто поверит в некое воинство, орден? Вам что, казённых денег девать некуда? Фантазёры… Он был не пробиваем.
      — Можно принять всё это за миф, за конспиралогические выдумки фантастов. И мы напрасно проедаем госбюджетные деньги…Впрочем, некоторые так и считают, я до недавнего времени был в их числе. Но застрелился мой предшественник, генерал Мерин. И оставил после себя любопытные документы. Не выдержал, а может, не сумел поверить в то, что увидел, прочёл. Или не захотел… Он знал больше меня, но отчаялся. Я попробую исправить дело…

     — Из материалов оперативного наблюдения и анализа исторических фактов известно: ваш орден создан или воссоздан во время монголо-татарского ига. Для борьбы за независимость Московского государства. Точно не знаю, каким образом, по чьей воле, однако подозреваю, причастен к этому великий князь Дмитрий Донской и Сергий Радонежский. На основе монастырского покаяния, строжайшей дисциплины и подбора кадров, в пустынях и скитах обучались бойцы высшего класса, средневековый спецназ. Орда не контролировала монастыри, чем и воспользовался преподобный…
...
     — Всё это пришло мне в голову, когда я смотрел на картины поединка Пересвета и Челубея, — продолжал генерал, словно вместе с атрибутами избавился и от казённого тона. — Излюбленная тема живописцев многих веков. И когда узнал, что Челубей не миф — историческая фигура… да ещё и выпускник школы монастыря Шао-Линь! Всё встало на свои места. На Куликовом поле столкнулись два мировых единоборческих течения. Востока и… никому не ведомого, загадочного, русского. Когда на поле брани выходит коренная Россия, Засадный полк. О Шао-Лине мы знаем много, об этой школе почти ничего. Только разрозненные факты, догадки, суждения… Но она существовала и существует доныне. Мало того, совершенствуется. Сам видел воронки после огня небесного. Да и партнёры подтверждают связь со стихийными бедствиями на их континенте…
     Он сделал паузу — будто бы боролся с насморком, на самом деле давал возможность собеседнику оценить и усвоить услышанное. Однако Ражный молчал, кружа над ним в полёте нетопыря: от Савватеева исходило вихристое зелёно-красное свечение — явный признак человека, склонного к непредсказуемому поведению. То есть от такого противника можно ожидать всё, что угодно…
     — Есть ещё много загадок, которые следует изучить, понять, — продолжил он свои рассуждения. — Например, фигуры Пересвета и Осляби.
     Откуда в христианском монастыре иноки с языческими именами? Иноки— воины, да ещё какие! Богатыри, способные потягаться с известной восточной школой. И не с Божьим словом вышел он на поле брани — с мечом и копьём… Историки и богословы всячески изворачиваются, но всё неубедительно. Возникает много вопросов, особенно когда начинаешь изучать тему. Нет, монахи принимали участие в защите монастырских стен, но не впрямую и без оружия. Камни подносили, ядра, смолу кипятили, раненых оттаскивали…
     Кстати, наши заокеанские…партнёры давно уже занимаются воинским орденом. Правда, называют свою операцию «Аmbush regiment», что в переводе означает Засадный полк. Шила в мешке не утаишь. Большую часть материалов получили напрямую, думаю, от первых лиц государства. Вероятно, и обсуждают эту тему с глазу на глаз, на уровне щепетильных вопросов о ядерном разоружении. Конечно, ещё можно попарить мозги загадочностью русской души, сумбурностью истории. И президентам, и партнёрам…Однако в наше время информации и компьютерных технологий это уже не проходит.

     Согревшийся возле костра генерал тем часом сморкался в платок, вытирал слёзы и излагал свои умозаключения:
      — Ладно, Пересвет вышел на поединок, а что сделал Ослябя? Ему-то за какие заслуги воздали? А во всех источниках он статусом выше…Да и сам факт появления на Куликовом Засадного полка. Смерды, холопы, черносошенные крестьяне, короче, ополченцы от сохи…Пусть даже ушкуйники, разбойный люд, способный убивать из-за угла. Все они не обладают соответствующей психологией! А тут профессиональные, специально тренированные бойцы.
      Представляю, что происходило, когда ударили из знаменитой дубравы! Не только ведь огнём небесным разили супостата — ножами резали, глаза в глаза.
      Мечами-то было не помахать в толчее, да и молнией не ударить. В крови вражеской плавали. Никакая крестьянская психика не выдержит. Тем паче богобоязненная, иноческая. Это не смолу кипятить… А потом, полк, у которого не было воеводы, нонсенс для Средних веков. Все перечислены, а он сплошная загадка. Чей, из какой земли-княжества, воеводства? Казалось бы, гордиться надо богатырями, а про них почти ни звука. Смерть инока Пересвета геройская, а отчего он не прославлен святым? Не соответствовал каноническим требованиям? Но рисуют его монахом-черноризцем…
     Он заметил самоустранённость собеседника, прервал монолог и спросил натянутым голосом:
      — Ты меня слышишь, Ражный? Такое ощущение, в облаках витаешь. Или что-то замышляешь?
      — Думаю, — отозвался тот. — Что мне делать с охотничьей базой. Хотел спалить, но жалко, столько труда вложено…
     Вероятно, Савватеев посчитал это за аллегорию или желание скрыть истинные чувства, переключить внимание, отвлечь.
      — Во всём ещё нужно разобраться, — подытожил он. — Прорисовать детали, уточнить нюансы, но это уже ничего не меняет. Древние традиции… боевого ордена существуют, Ражный. Они прослеживаются в истории Смутного времени, войны с Наполеоном, Великой Отечественной…Видел документальные кадры. Организованная Коренная Россия, по тем временам обладающая сверхмощным оружием. И ладно оружие, область физическая.
      Можно найти объяснения, Никола Тесла чем-то подобным занимался. Вдруг откуда ни возьмись, ни раньше ни позже появляются нужные Отечеству люди. Ослябя и Пересвет, гражданин Минин и князь Пожарский…
Сергей Алексеев. Волчья хватка. Книга 3. Гл. 6


СВЯТОЙ ПИР - СБОР ЗАСАДНОГО ПОЛКА
      Сбор Засадного Полка, или, как ещё его называли, Пир Святой, считался событием великим и довольно редким и происходил он в тот час, когда над Отечеством нависала смертельная угроза. По бывшим окраинам России давно курились сторожевыми дымами войны, однако не такие, чтобы поднимать Сергиево Воинство.
Сергей Алексеев. Волчья хватка. Книга 1. Гл. 5


ЗАСАДНЫЙ ПОЛК - 1.000 АРАКСОВ
     И доныне ничего не изменилось, хотя отец частенько говорил, что араксов сначала поубавилось в довоенное время, а потом резко прибавилось, и сейчас их больше, чем в благодатном прошлом веке, то есть тысяча с лишним, настоящий Засадный Полк.
Сергей Алексеев. Волчья хватка. Книга 1. Гл. 3


ЗАСАДНЫЙ ПОЛК - СЕРГИЕВО ВОИНСТВО
     Но в этом и крылись невероятная живучесть и великий внутренний смысл существования Засадного Полка — Сергиева воинства, где невозможно было что-то построить на отцовской или иной славе, и всякий раз каждому потомку, будь он вольный или вотчинный, приходилось начинать все сначала…
Сергей Алексеев. Волчья хватка. Книга 1. Гл. 3


ЗАСАДНЫЙ ПОЛК В ВОЙНУ 1941-1945
     Во время войны Засадный Полк, передвигаясь по нейтральным полосам фронтов, сбивал самолёты и жёг танковые колонны немцев, приводя их в ужас. Однако сразу же после Сбора Ослаб наложил вето на использование этого оружия, ибо отлично понимал, к чему могут привести в век электроники и автоматических систем управления подобные опыты. Ещё отец говорил, будто в Сиром Урочище есть калик верижный, унимающий свою плоть цепями за то, что, будучи побеждённым на ристалище Муромского Урочища, в пылу необузданной страсти произвёл выброс мощного заряда неиспользованной энергии Правила и на несколько дней вывел из строя близстоящую локаторную установку дальнего обнаружения самолётов противника ПВО Москвы
Сергей Алексеев. Волчья хватка. Книга 1. Гл. 13


АРАКС - ПЕРЕСВЕТ
     — Сам приехал к заступнику своему, отшельнику вашему. Который коня необъезженного дал и Пересветом нарёк! Да вот не застал старца…
Караульные иноки и впрямь не держали его, напротив, опасливо сторонились, выставив медвежьи рогатины.
     — На что тебе старец потребовался? — хмуро спросил Сергий, взирая на его босые ноги: снег под ступнями таял…
     — Мать послала, — с неким неудовольствием молвил оборотень. — Велела ехать в вашу пустынь, иноческий сан принять. И служить по долгу и совести.
     — Чуждых не принимаем ныне, — заявил настоятель. — Много вас иноческого сана домогается, но устав наш строгий. Ступай отсюда подобру— поздорову да более приходить не смей.
     — А я не к тебе и пришёл, — вновь стал дерзить ражный. — Матушка к ослабленному старцу послала. У него и попрошусь!
     — Нет старца, — скрывая неприятие своё, проговорил настоятель. — И в обитель послухов принимаю я, игумен, а не отшельник. Ежели охота не пропадёт, весной приходи.
     Оборотень рассуждал с ярым достоинством:
     — Стану я до весны ждать! Мне в сей час надобно матушкину волю исполнить, слово дал. Потом явится и спросит. Суровая да гневливая она у меня, по своему уставу живёт. Да и зимовать нам с красным конём негде. Так что принимай в своё войско!
Сергей Алексеев. Волчья хватка. Книга 3. Гл. 5


ГДЕ НАХОДИТСЯ РЕЧКА - ДИВЬЯ
ПРОИСХОЖДЕНИЕ АРАКСОВ ЗАСАДНОГО ПОЛКА

     В общем, можно не задерживаться у остывшего моря на промозглом берегу и самому отправляться в горы на поиски Дивьего урочища: если бы кто встречал, подошёл или знак подал ещё на вокзале. Однако вотчина Булыги была местом закрытым, труднодоступным, не хуже, чем Вещерские леса. Существовал единственный ориентир — речка Дивья, бегущая где-то в отрогах Великого Хребта, да и то название это считалось современным, отмеченным только на новых картах. Инородцы называли её Аркус, что было ближе к истине, ибо древнее название звучало как Аракс.
     И отсюда происходило название бойцов-поединщиков Засадного полка— араксы, то есть защитники, однако мало кто задумывался над происхождением этого слова, тем более не связывал его с урочищем и рекой, расположенной слишком уж далеко от гнезда Сергиева воинства, Троицкой обители.
     Хотя кормилица Елизавета, знающая многие сказания и легенды, говорила, что первыми насельниками монастыря стали некие два брата-близнеца с одним именем Аракс и были они переселенцами. Но отец говорил, что братья пришли позже, и не в пустынь преподобного, а поселились рядом, срубив себе скит, который потом таки назывался — Араксов скит. Откуда они в самом деле появились, оставалось лишь догадываться, но, судя по созвучию имён, скорее всего, с реки Дивьей.
     В Сиром урочище Ражный слышал ещё одну историю: будто привела отроков мать по имени Дива или Дева. Все втроём они бежали то ли из татарского плена, то ли просто от погони и по пути много раз сражались с ордынской конницей, шедшей по пятам. Причём будучи пешими, женщина и два её малолетних отрока отчаянно схватывались с конными и побеждали одними только засапожниками: подныривали под брюхо коней, резали им сухожилия, а когда всадник свергался, то сам попадал на нож. И так перебили они большую часть конницы, сами оставаясь неуязвимыми. Когда же оказались в густых лесах, то ордынцы бросили коней и догоняли пешими, однако беглецы вступили в поединок и всех оставшихся перебили. Всё это произошло будто бы на глазах у молодого ещё Сергия близ Троицкой пустыни, который был изумлён отвагой и храбростью женщины с отроками-близнецами.
     Но в этой последней схватке Дива была тяжело ранена и, умирая, велела сыновьям отомстить ордынцам, как только возмужают. Будто бы Сергий позвал их в монастырь, однако братья сначала не пошли, по своему обычаю предали тело матери огню, построили скит, стали совершенствовать своё ратное мастерство и озоровать. Время от времени они уходили из радонежских лесов и вдвоём нападали на становища баскачьих призоров близ Москвы или Владимира. Скоро ордынцы выследили, откуда приходят братья, пришли искать на речку Кончуру, и тогда игумен спрятал их у себя в монастыре. Татары не посмели войти в обитель, опасаясь гнева чужих богов, сожгли скит и ушли ни с чем, а Сергий уговорил близнецов принять постриг, нарёк иными именами, однако их по-прежнему звали Араксами.
     И так же стали именовать всех иноков, которых они обучали невиданному прежде ратному ремеслу — с ножами выходить против конницы.
     Дивью речку часто путали с большим Араксом, что был в Армении, и даже всезнающие калики, блуждая в поисках, иногда оказывались в Нагорном Карабахе или вовсе в Иране, на сопредельной территории. Столь замысловатое расположение урочища и путей к нему соответствовали основному назначению: сходились в поединках тут редко, и не всякий аракс мог похвастаться, что бывал даже на Дивьем ристалище. Но кто боролся на этом земляном ковре, к тому относились уважительно, и независимо, победил или бит был: вотчина Булыги считалась местом, где очень легко и надёжно можно спрятаться от княжеского гнева, от преследования баскачьим призором, то есть от властей.
     Иногда повздорившие с миром поединщики оставались там до конца дней своих, однако ссыльными себя не чувствовали, хотя были оторваны от жизни Засадного полка. Долетала молва, что в недоступной вотчине Булыги, вдали от Ослаба, Пересвета и всего мира, вообще жизнь вольготная, однако некоторые её чурались и предпочитали убраться в Сирое, чем в Дивье, дескать, тоска там смертная и никакого там дива сроду не бывало, одни абреки по горам скачут да скот воруют.
Сергей Алексеев. Волчья хватка. Книга 3. Гл. 10


РИСТАЛИЩЕ АРАКСОВ
     Дубрава оказалась вперемешку с буковыми деревьями, под ногами шелестел толстый листвяной подстил, в кронах сидели молчаливые вороны, и отовсюду, как и во всех рощеньях, сквозило предощущение будущего поединка. Ражный довольно скоро отыскал Поклонный дуб, почему-то увешанный конскими подковами, коих не встречал нигде, и почти сразу наткнулся на ристалище, точнее, определил его по запаху.
     Борцовский земляной ковёр был сплошь покрыт лавандой, высохшей на корню во время цветения и синей, как плащ девицы. Скорее всего, посеяли под осень, поэтому она лишь расцвела и вызреть не успела. Вдова и впрямь заботилась о своей дубраве как вотчинница, хотя, судя по всему, на ристалище давно не было схваток, по крайней мере в этом году. По лавандовому полю не ступала нога человека! Ражный с торжествующим удовольствием скинул ботинки, однако не хватило отваги и задора помять его ногами, пройти босым крест-накрест, использовать своё право «первой ночи».
     За всю свою историю араксы открыли и сделали обычаем множество примет и поверий, а это знакомство, вернее даже совокупление с ристалищем, ценили особенно. Считалось, земля даёт силы и удачу тому поединщику, кто первым ступил на неё, поэтому все араксы отроческого возраста, получив поруку и прибыв к месту схватки, стремились отыскать дубраву с ристалищем и снять с него сливки земной силы.
Сергей Алексеев. Волчья хватка. Книга 3. Гл. 10


АРАКСЫ ПОСЛЕ КУЛИКОВСКОЙ БИТВЫ
     По рассказам кормилицы Елизаветы, раньше происходило иначе. Будто бы после побоища Мамаева, где погибло две третьих Засадного полка и одна треть изранена, преподобный изъял из устава обет безбрачия. А Ослаб, не дожидаясь, когда подживут и затянутся раны, послал по городам и весям неких свах, трёх старух, дабы избрали и привели невест. Да не просто первых встречных — дочерей из воинственных семей, где отцы и деды состояли в дружинах княжеских, владели ратным ремеслом, участвовали не в братских междоусобицах, но в походах на татар и прочих супостатов, отличились храбростью или вовсе пали на бранных полях. И будто эти свахи привели в лесные скиты на Кончуру и другие пустыни красных дев, каждому араксу по невесте. У кормилицы всё заканчивалось как в сказке: поединщики переженились, нарожали детей, обучили их потом ратному делу — в общем, прожили в радости и счастье.
     Отец же, будучи боярином, никогда преданий не вспоминал, но в последние годы жизни, стоя у мольберта, любил рассуждать о прошлом засадников. И однажды рассказал совсем другую историю. Будто свахи перестарались и привели в три раза больше дев, чем после битвы осталось поединщиков. Дескать, каждая думала, что послана сватать одна, поэтому избрала и привела невест по числу выживших. А когда оказалось их в три раза больше, что было делать? Отсылать назад — позор, девице только в омут головой; оставить при монастырях — значит обездолить, да и слишком велик искус у прочих пустынников, коль поблизости поселить целомудренных дев. А отдавать в жёны всякому по три невесты обычай не русский — ордынский, басурманский.
     Будто впервые между ослабленным старцем и Сергием произошёл разлад на этой почве, преподобный долго не соглашался на столь чуждый нравам брак, де-мол, войдёт в обычай, потом будет не сладить с многожёнством. И уступил Ослабу лишь с тем условием, что подобное может свершаться только после таких великих сражений, как Мамаево побоище. Дабы восполнить потери Засадного полка в короткий срок и нарожать детей за тех, кто не вернулся с бранного поля. Мол, потому и до сих пор есть роды араксов, одинаково называемые тризными. Это потомки тех детей, что родились от двух других жён, взятых замуж вместо араксов, павших в битве и по кому справили тризну.
Дело в том, что иноки хоть много лет и жили по обету безбрачия, не видели женщин и так от этого настрадались, что вполне управились бы стремя, не оставили без внимания и ласк, однако искренние чувства всё же испытывали только к одной — такова уж была славянская природа.
     Как уживались три жены, три русские женщины в скиту у одного аракса, предание умалчивало, впрочем, как и сам факт существования такого брака.
     Однако отец обмолвился, дескать, поэтому не принято в Засадном полку справлять свадьбы с размахом; всё происходило тайно, и свадебный обряд совершался самим иноком. И дабы араксы никогда не вспоминали былое многожёнство, ещё при Сергии утвердился уставной обряд, когда молодых отроков обручали с девами, иногда младенческого возраста, для того чтобы по достижении ими совершенных лету строить праздник Манорамы. Но жизнь всегда шла поперёк всякого устава: то девиц рождалось больше, то араксов много погибало в битвах или между обручёнными происходил раздор. Скорее всего, потому и возник обычай смотра невест, когда отроку предъявляли трёх дев на обоюдный выбор, однако высмотреть он мог всего одну.
Сергей Алексеев. Волчья хватка. Книга 3. Гл. 12


ТРАДИЦИИ ЗАСАДНОГО ПОЛКА СЕРГИЯ РАДОНЕЖСКОГО
     — Впрочем, наряды — это лишь дань обычаю, — подыграл Пересвет. — Ты же с мирской девкой по уставу пировал, со светочем, а что вышло? Ничего, сбежала… Всё-таки любовь нас вяжет, а не обряд с венцом. Только диву даёшься, какие мудрые традиции заложил преподобный! Даже если весь Засадный полк погибнет и останется хотя бы один аракс… Нет, даже отрок гоношистого возраста, но с ярым сердцем. И всё возродится. Потому не запретил инокам брать мирских невест и уводить в скит. Только заповедал браки с ними творить по любви и согласию. Тогда дети вырастут араксами. Минет время, и из лесов вновь выйдет воинство…
Сергей Алексеев. Волчья хватка. Книга 3. Гл. 2